– А вы что ответили?

– Разумеется, что вы уже взяли его. Тогда он спросил о той женщине, что принесла сюда пакет. – Девушка-портье немного помолчала. – Мистер Раглан, вы, наверное, подумаете, что я дура. Но мне почему-то сделалось страшно. Понятия не имею почему. Но только я жутко перепугалась.

– И что с девушкой? – решил уточнить Майк.

– Он… в нем было что-то такое… отталкивающее, – запинаясь, объясняла девушка-портье. -И… мне стыдно признаться, но я солгала. Я сказала ему, что не видела здесь никакой девушки и что сверток принес мужчина.

– Ну и?..

– Видели бы вы его лицо! Оно мгновенно побледнело! Стало белым как мел! «Мужчина?!» – закричал он. Потом опрометью бросился на улицу и сел в фургон.

– Спасибо, что поставили меня в известность, – поблагодарил Майк.

– Надеюсь, я поступила правильно.

– Вы замечательно справились. Благодарю вас.

Положив трубку, он еще некоторое время постоял у бара, погрузившись в раздумья. Наверное, пора уже отбросить сомнения и отрешиться от подозрений. Но ведь, с другой стороны, он до сих пор не имеет никакого представления о том, что, собственно, происходит. Каким образом в эти события оказался вовлечен Эрик? Если, разумеется, он имеет отношение к ним. И покуда это не выяснится, необходимо действовать крайне осмотрительно. Судя по всему, у Эрика возникли серьезные неприятности. Но вот только какие? И из-за чего? И вообще, какого рода неприятности может нажить себе человек в пустыне, когда на многие мили вокруг нет ни души?

Вскрыв пакет, Майк обнаружил то, что в общем-то и ожидал – дневник Эрика Хокарта. Привычка вести дневниковые записи сохранилась у Эрика еще со времен исследовательской работы, когда скрупулезное описание хода эксперимента на разных его этапах могло оказаться весьма полезным. Бросив дневник на кровать, Майк достал уже прочитанный детектив Эрика Эмблера, завернул книгу в оставшуюся от прежнего свертка бумагу и, перевязав все той же бечевкой, оставил его на виду – на уголке бара.